HR-Journal.ru :: Где водятся волшебники… слова? Часть II
закрыть Х
Мы в соцсетях

Во всех наших группах мы делимся интересными постами, шутим и раздаём прочие вкусности ;)

Добро пожаловать!!!

Логин:

Пароль:

Регистрация
Забыли пароль?

Где водятся волшебники… слова? Часть II

© 26.03.2014
Ольга Михнюк

Продолжаем разговор о работе с копирайтерами, начатый чуть ранее. Во второй части статьи автор приподнимает завесу тайны над подбором «волшебников слова». Есть ли разница между «дорогими» и «дешёвыми» фрилансерами? Почему копирайтер не профессия? О поисках философского камня, «рыбных местах» копирайтерского рынка, начинающих «звёздах», «штурмовиках» и ремесленниках.

Автор о себе

Ольга Михнюк. С момента окончания филологического факультета со специализацией по компаративной лингвистике и до 2007 года — выпускающий редактор отраслевой прессы, журналист. Ныне специалист широкого профиля в области туризма: в виртуальном пространстве — ведущий редактор проекта «Отели» на сайте «Слетать.ру», в реале — турлидер, гид-экскурсовод по Европе. Призвание — общение с людьми во всех проявлениях и изучение инструментов этого общения: языка, речи, искусства, истории. Увлечение психологией, научной и прикладной — следствие из сказанного выше. А в целом могу сказать лишь то, что я в некотором роде фрилансер по жизни, в хорошем смысле этого слова: счастливый человек, который занимается тем, что действительно любит, так, как подсказывают накопленный профессиональный опыт и неугомонное желание двигаться вперёд.

Начало статьи: Где водятся волшебники… слова? Часть I

Звезда́м числа нет, бездне — дна

И то, и другое налицо, бездн даже несколько. Ибо при всём своём свободолюбии и прочих привлекательных качествах копирайтер на фрилансе редко замахивается на обычный профессионализм, хоть слово это и фигурирует во всех самопрезентациях. Он, в общем-то, даже не знает, что это такое в его случае. Если К. С. Льюис, говоря о своём студенческом круге, утверждал, что единственное, что у них было из моральных убеждений, это «смутное представление о денежной порядочности», то наш собеседник мог бы сказать, что у него есть некое смутное представление о техническом задании, о пунктуальности в выполнении заказа и, с натяжкой, о грамотности и живости языка. Всё остальное считается сугубо творческой стороной, профессиональным критериям неподсудной. Да и грамотность — понятие весьма расплывчатое. Зато финансовую сторону он знает уже досконально, а следовательно, переполнен подозрительности, что затрудняет контакт. Но обо всём по порядку. Подсчёты так подсчёты.

В среднем в день по разным каналам приходит до двух десятков заявок. А набор продолжается от трёх месяцев до полугода. Однако даже если вы указали точную цифру оплаты за тысячу знаков, на неё, как правило, никто не ориентируется. Она абсолютно не соотносится, как и на реальном рынке, с компетентностью и стажем кандидата: те, у кого в профиле заявлено 30–50 рублей, постучатся к вам на равных с теми, кто просит 500–700. Хотя заявлено у вас, предположим, 90–100. Это и хорошо, и плохо. Хорошо потому, что среди начинающих попадаются люди с гораздо более свежим взглядом и неиспорченным вкусом, ещё не обросшие рекламными штампами, не очень твёрдо усвоившие, что такое «рекламный стиль», зато помнящие о том, как они читали хорошие книжки. Это самый редкий и самый ценный тип на копирайтерском рынке, совсем не «звёздный» по манерам, без особых претензий, зато готовый слушать вас и вникать в задачу, принимать замечания, приобретать знания и навыки, коих, как они сами знают, им не хватает. Именно для них хочется писать «курсы начинающего бойца» и пособия по внедрению настоящего художественного стиля в предельно упрощённую в языковом отношении рекламную практику, с ними возникает желание экспериментировать и создавать новые жанры и подходы в заданных рамках, а главное — это становится возможным. Редки такие авторы, как алмазы чистой воды, но заметны, как взрывы сверхновой. И это всегда радостное открытие, причём мгновенное: тестовые задания такие кандидаты сразу выполняют на том уровне, на котором собираются работать, или на близком к оному. Иногда к этому типу относятся и представители других групп, более опытные и в целом более амбициозные, но такую находку и вовсе исключаем пока из расчёта, она — почти что из области чуда. И все вместе эти люди составляют не более 10 % от общего числа пришедших на проект.

Другой тип, встречающийся во всех ценовых категориях, — любители показательной штурмовки, виртуальные лихачи, с наскоку берущие свои снежные городки. Бойкие на язык в общении, живо демонстрирующие заинтересованность в работе (обязательно скажут, что они хотели бы работать именно в туризме, не забудут упомянуть, как они сами любят путешествовать!). У них почти не бывает вопросов по тестовому (техническому) заданию: они уже поработали где-то, прочли множество статей, подобных той, с которой мы начали беседу, а кое-кто и прошёл видеотренинги у виртуальных инструкторов, а значит, им ведомо, чего хочет заказчик. И выдают они, как правило, результат подобных представлений, «среднюю температуру по больнице», оперируя при этом абстрактными словечками и оборотами, опуская детали. А то и вовсе используют готовые шаблоны, распространённые в целом ряде сфер деятельности. Весь потребительский рынок в их текстах смешивается в вязкое тесто, компонентами которого неизменно являются комфорт, качество, эксклюзивность и элитарность, высокий уровень сервиса; специями становятся услужливость, любезность, внимание к клиенту, индивидуальный подход и прочие банальности, а формой для выпечки — многочисленные обещания прелестей и выгод, выраженные в будущем времени. Детализация, выявление конкурентных преимуществ, да и просто отличий между продуктами и объектами — не их конёк. Все отели и курорты, турагентства и туроператоры в их изображении — словно близнецы из ларца, меняют лишь местоположение, которое, впрочем, видится неотчётливо. Но об этом — особый разговор. «Штурмовиков» среди заявителей обычно две трети, попадаются в их числе и довольно способные, даже талантливые, но требуются время и силы, чтобы сломать их стереотипы. Так что две трети из этих двух третей вместе с их текстами смело отправляются в корзину любым заказчиком (редактором), который не видит себя в роли небезызвестного гамельнского дудочника, и не рассчитывает на заворожённость целевого читателя музыкой знакомых рекламных фраз. Оставшаяся треть берётся на переобучение, результаты которого также оказываются различными.

Третий типаж — ремесленники: пишут, как научили где-то, по случаю, не претендуют на многое, в меру своих сил подстраиваются под задание, но их арсенал ограничен, а запала меньше, чем у «штурмовика». Очень дотошны, правда, выяснив все детали, не всегда сами способны с первого раза задание выполнить. Довольно жёстко разделили личный и профессиональный языковой опыт, потому также склонны к штампам, но не столь вульгарным, как у прежде описанных претендентов, скорее, тяготеют к сдержанному официальному стилю коммюнике, буквально вваливаясь местами в бюрократизм и канцелярщину. Рано или поздно в ходе работы снова становятся на шаблон, но уже на ваш, приучаются компоновать добротные тексты в нужной стилистике, набирают тематическую лексику. Но есть и явное преимущество, которое выявилось на нашем проекте: если требуется работать с большим объёмом разнородной информации, сверять на достоверность блоки со значительным количеством ошибок и устранять эти ошибки в собственных конечных текстах, уточнять детали — ремесленники часто незаменимы. В общем, после «алмазов» — самая благодатная почва и самая благодарная аудитория для сотрудничества в количестве примерно трети от всех участников конкурса.

Ну что ж, после просеивания этих трёх категорий в нашем распоряжении осталось не так уж много людей, а набрана едва ли половина сотрудников, поэтому тех, кто потенциально на что-то способен во второй группе, оставляем в резерве, добавляем к принятым попавшиеся по пути находки из первой группы и из числа не поддающихся типизации, и надеемся на главных претендентов — истинных профессионалов с многолетним опытом.

В поисках философского камня

Как известно современным химикам, в отличие от их средневековых собратьев, такого в природе нет, хотя золото и представляет собой химическое соединение, и, теоретически, его можно получить искусственным путём. Ровно так же обстоят дела и с профессионалами на рынке сетевого копирайтинга. Почему? Ответ прост: копирайтер — не профессия, а род занятий.

Если присмотреться, быстро выяснится, что почти всем нашим кандидатам он служит дополнением к иной деятельности или просто к образу жизни, чаще временно, нежели постоянно. Итак, кто же освоил этот рынок? Лучше русскоязычные, нежели россияне — раз. Процентов на 60 копирайтингом занимаются жители стран бывшего Союза, чаще всего — Украины и Узбекистана, реже — Белоруссии или Молдавии. Причины далеко искать не надо: сравнительно низкий уровень зарплат, проблемы с работой вообще, не только квалифицированной. Заработки в российском сегменте Сети, по выражению одной из наших сотрудниц, для этих стран составляют «основной объём иностранных инвестиций». Горькая, но истина, ощутимо сказывающаяся на виртуальном рынке труда. Источник как радостных приобретений, особенно в плане экономии средств, так и серьёзных затруднений в области языка, который для таких сотрудников и родной, и неродной одновременно, что называется, со всеми вытекающими.

Здесь чаще встретишь провинциала, чем столичного жителя — два. Механизм почти тот же, за небольшим отличием: в российской глубинке в копирайтинг идут всё же принципиально люди интеллектуального труда, хотя бы косвенно связанные с гуманитарной работой, нередко и с гуманитарным образованием. Или же представители поколения «физиков и лириков», не упускавшие культурную и языковую составляющую из круга своей жизни и интересов. Это несколько снижает напряжение, но ещё не обеспечивает результата.

Но если эти два условия являют собой залог стабильности рынка, то остальные как раз и создают ту текучку, фактор непостоянства, который, после проблем с языком и кругозором, не позволяет говорить о подлинном профессионализме. Социальный состав копирайтеров довольно странен, на первый взгляд, и исключительно логичен — на второй. Большинство работающих здесь — либо студенты, либо молодые матери, сидящие дома с детьми-дошкольниками. И в том, и в другом случаях относительно свободного времени достаточно, но довольно и занятости, так что гибкий график, удалённость — едва ли не единственная форма возможной работы, а средства на жизнь хотя и нужны, но ни родители, ни мужья не требуют их столько, сколько обычно «начисляется» на активного члена семьи. Разумеется, дипломы защищаются в конце концов, а дети подрастают, и тогда сетевая работа меняется на постоянную, реальную. И такой поворот предсказуем как для наблюдателя (в нашем лице), так и для самого сотрудника: он не рассматривает нынешнее занятие как дело всей жизни. Ну, разве что в крайнем случае… Третья группа «иждивенцев» — пенсионеры — выпадает из процесса в силу слабого владения компьютером и плохого знакомства с технологиями поиска и выполнения работы.

Ещё одна распространённая категория — домохозяйки, которым необременительная, как представляется, работа помогает реализовать хобби и ощутить некоторую финансовую самостоятельность. Но они и вовсе рассматривают свою занятость как род развлечения, и даже в самом удачном случае — искренней заинтересованности — невозможно рассчитывать больше большего на жажду самосовершенствования и профессиональную самоотдачу.

Остаётся незначительное количество одиночек, для которых язык и слово на самом деле всю жизнь были рабочим инструментом, и в других, основных областях деятельности остаются им по сей день: журналисты, преподаватели-филологи, переводчики художественной и научно-популярной литературы (квалификация сетевых переводчиков, как и копирайтеров, редко выдерживает какую-либо критику, именно они — авторы настоящих «перлов» в текстах описаний). А ещё, как ни странно — образованные блогеры, отработавшие в своих дневниках стилистику и способы подачи материала. Но их навыки работы с информацией и кругозор гораздо шире средних копирайтерских, а речь гораздо гибче, чем требуется для рекламных текстов. Поэтому на рабочем месте они демонстрируют работодателю все амбиции и чудачества творческих людей, сознающих собственную силу. И крайне редко посвящают себя копирайтингу целиком и полностью. Не говоря уж о том, что и они, как и все прочие, порой демонстрируют исключения — в худшую, на сей раз, сторону.

Конец — это только начало

Итак, завершая наш марафон по веб-площадкам, приходим к следующему итогу:

  • Набрать 90 человек нам, в сущности, не удалось. Если число и соблюдено, то со множеством оговорок, что предполагает необходимость дальнейшего обучения, а то и переобучения сотрудников. А 15 % планового ежемесячного отсева обрекают нас на всё новый и новый поиск или на изобретение собственного «философского камня», превращающего груды металла в золото, то есть — методик создания копирайтера из подручного материала.

  • Соотношение творческих типов у нас следующее: пять самородков, ещё пять условных профессионалов, два десятка ремесленников разной степени способностей и различной квалификации — актив, «золотой запас», двигатель проекта; из оставшихся 60 «штурмовиков» десять вообще на начнут или не смогут работать в первый же месяц, за следующие два отойдёт от работы ещё 16 человек. Те 34, что останутся в итоге от этой группы, потребуют наблюдения, контроля и тщательной редактуры текстов.

  • Для работы с этим контингентом понадобится серьёзный штат редакторов, который смог бы подтянуть отстающих до среднего уровня и выработать общую концепцию текстов, на основе которой возможно обучение. Так, чтобы на одного редактора приходилось не более четырёх авторов. Иначе отраслевой ресурс, живущий на многочисленных описаниях продукции и услуг, вынужден будет попрощаться с достоверностью информации и перейти в разряд полуграмотных «сивилл», получающих содержание рекламных пророчеств под действием неких волшебных паров, но без соотнесения с реальностью.

  • Искать профессионалов там, где их нет — то же самое, что разыскивать чёрную кошку в тёмной комнате. Лучше посмотреть в лицо реальности и научиться работать с тем рынком, который имеется в нашем распоряжении.

А о том, как это сделать, где прячутся мотивации, как вытащить на свет потенциал полупрофессионального сотрудника — долгий, тернистый, но порой и забавный разговор уже в других материалах.

условия копирования

Дорогой HR-Journal, потрудись сообщать мне о новых статьях ;)

Комментарии

Комментарии

Ваш баннер на этом месте